KSTATIE.com | КСТАТИ

Личное дело

Личное делоНесколько лет назад ДОЧЬ МАРШАЛА Ивана Конева создала Фонд ПАМЯТИ полководцев ПОБЕДЫ – для того чтобы придать ИСТОРИИ личное измерение. НАТАЛИЯ КОНЕВА рассказывает  историю своей СЕМЬИ.

В прошлом году дочь легендарного маршала Конева Наталию Ивановну пригласили на необычную встречу. Коллекционер, собирающий автомобили времен Второй мировой, приобрел эмку, в которой ездил Иван Степанович Конев. В крыше машины – пробоина от осколка авиационной бомбы. Осколок прошил автомобиль всего в нескольких сантиметрах от молоденькой подруги маршала Тони, ехавшей на заднем сиденье. Дело было в 1944 году, когда Иван Конев первым из советских военачальников вышел к государственной границе – реке Днестр. Немецкие летчики засекли маршальскую эмку на берегу и, поняв, что едет кто-то важный, начали обстрел. Осколок, чуть не убивший Тоню, застрял в свернутом солдатском одеяле, которое лежало рядом с ней (дом маршала перемещался вслед за передовой). И вот спустя 65 лет Наталию Ивановну Коневу пригласили на встречу с машиной – свидетельницей чуда, сохранившего жизнь ее матери на фронте.
В судьбе полководца Конева таких чудес было несколько. В 37-м году он чудом избежал расстрела. Его непосредственный начальник, командарм 1-го ранга Иероним Уборевич был арестован по делу Тухачевского (так называемое дело о военно-фашистском заговоре, обезглавившее армию перед самой войной). Любимый ученик Уборевича, которого тот везде продвигал, молодой военный Иван Конев естественным образом попал под подозрение. Как на грех, именно в это время Конева угораздило произнести какую-то двусмысленную фразу о Сталине. И произнести не где-нибудь в узком кругу, что, впрочем, тоже было бы чревато, а перед огромной аудиторией – на митинге. В архиве Наталии Ивановны сохранилась объяснительная записка, написанная отцом по требованию НКВД. В ней он пытается убедить органы, что не имел в виду ничего крамольного, а неоднозначную реплику допустил не подумав, в ораторском запале… Вскоре Ивана Конева вызвали в Москву, велев не брать с собой ничего, кроме смены белья. Опасаясь самого худшего, он отправился в столицу. Но неожиданно получил не ордер на арест, а назначение в Монголию. В пустыне Гоби будущий маршал и переждал самое опасное время – время публичного суда над своим учителем Уборевичем. Там же, в монгольских песках, узнал и о его расстреле.
Опасность трибунала нависла над Иваном Коневым и в октябре 41-го. Специальная экстренная комиссия во главе с Молотовым и Ворошиловым рассматривала тогда вопрос о вине командующего Западным фронтом в трагических событиях, получивших впоследствии название «Вяземского котла». Немецкие войска прорвали линию обороны под Вязьмой, и несколько наших армий, в том числе и части Московского народного ополчения, попали в окружение. По разным данным, в «котле» оказалось от 600 тысяч до миллиона советских солдат. Сталин хотел отдать Конева под суд, но благодаря заступничеству Жукова не сделал этого. Кстати, после войны, когда Сталин решил избавиться от ставшего слишком популярным Жукова, именно Конев выступил в его защиту на Военном совете. В итоге Сталин отступился и отправил Жукова в почетную ссылку в Одесский военный округ.
А в страшные октябрьские дни 41-го опального маршала Конева впервые увидела его будущая жена. Тоня пошла на фронт добровольцем, ей едва исполнилось девятнадцать. Работала, как и в мирной жизни, поваром – таскала по окопам тяжелые бидоны и кастрюли с кашей. Однажды в полевую кухню заглянул адъютант маршала Конева и попросил кого-нибудь из девушек помочь наладить быт командующего фронтом. Вызвалась Тоня.
«Когда ее привезли, – рассказывает Наталия Ивановна, – отца дома не было. Он почти всегда находился на передовой. Такая везде царила неразбериха, что ему, командующему фронтом, однажды даже пришлось самому стрелять из пушки. И вот мама кое-что прибрала, помыла посуду. Все было страшно запущено. Особенно ей запомнилась железная кровать, под которой пылились сиротливо заброшенные тапки, – видно было, что их редко надевают. Вскоре пришел отец. Мама увидела высокого, худого и предельно изможденного человека. Ее первое чувство к нему – острая жалость».
Тоня прошла с ним вместе всю войну. По семейной легенде, когда войска маршала Конева обнаружили в подтопленных штольнях картины Дрезденской галереи, Иван Степанович был поражен сходством между своей боевой подругой, простой крестьянской девушкой, и… Сикстинской Мадонной. Недаром, описывая внешность матери, Наталия Ивановна произносит не «лицо», а «лик».
«Мама была красивой. Правильные, четкие черты. Неброская красота, но какой-то очень хороший женский лик. За внешней кротостью и немногословностью стоял волевой характер. В конце жизни, когда мама тяжело заболела, меня поразило, с каким достоинством, с какой силой духа она несла свой крест… Всю вой­ну мама проходила в гимнастерке и кирзовых сапогах. Они потом еще долго у нас хранились. К сожалению, когда на дачу в очередной раз залезли воры, они прихватили с собой и мамины фронтовые кирзачи. Конечно, не как историческую реликвию, а чтобы ходить по подмосковной весенней грязи».
Победа застала маршала Конева в Праге. Сохранилась трогательная фотография: в чешском обувном магазине Тоня, уже сменившая шинель на светлое пальто, примеряет свои первые (после кирзовых сапог) туфельки, а седовласый полководец терпеливо сидит рядом и ждет. Вскоре после победы Иван Степанович и Тоня, бывшая моложе его на 25 лет, поженились. Они прожили вместе 31 год. Ровно столько же Антонина Васильевна была вдовой маршала.
«После папиной смерти мама полностью посвятила себя сохранению его памяти, – говорит Наталия Ивановна. – Встречалась с людьми, которые хотели знать о нем из первых уст. Много читала. Мне по юности казались безумно скучными книги, над которыми она сидела, – это были военные мемуары, исторические исследования. Только потом я поняла, что мама просто хотела разбираться во всех событиях, в которых участвовал отец».
По словам Наталии Ивановны, кроме всего прочего ее родителей объединяла страсть к знаниям. Оба родились в глухой деревенской местности и каждый день бегали пешком за несколько километров: Иван Степанович – в земское училище, Тоня – в школу в соседнем селе. У него было блестящее образование, а у Тони – нет: она в 18 лет ушла на войну и потом всю жизнь непрерывно училась.
«Родители выписывали невероятное количество журналов, – вспоминает Наталия Ивановна. – Тут были не только военные и военно-исторические издания, но и “Знамя”, “Новый мир”, журналы о здоровье (отец стремился поддерживать себя в форме) и о садоводстве (в свободное время он любил работать в саду). Именно отец привил мне вкус к литературе, – после школы я поступила на филфак. Как член ЦК, он мог доставать запрещенные книги, и у нас на полках стояли и Цветаева, и Ахматова, и Пастернак, и Мандельштам. Причем отец никогда не говорил мне: “Смотри никому не рассказывай, что у нас дома есть “Доктор Живаго”. Все было построено на доверии».
Единственный ребенок Ивана Степановича и Тони, Наташа родилась вскоре после войны. Ее раннее детство прошло во Львове, где отец командовал Прикарпатским военным округом. Они с матерью жили в особняке, окруженном красивым садом и… высокой глухой стеной, выходить за которую не рекомендовалось: бандеровцы, действовавшие на Западной Украине, регулярно угрожали не только маршалу Коневу, но и его семье.
«Поэтому, – вспоминает Наталия Ивановна, – нас с мамой повсюду сопровождал дюжий солдат, охранник. Это одно из моих самых трогательных детских воспоминаний. Понимая, что ребенку скучно сидеть взаперти, он как мог развлекал меня. Из деревянных катушек из-под ниток и крашеной ваты мастерил кукол, показывал мне целые спектакли. А еще разводил кроликов, и мы с ним целыми днями пропадали у клетки. Другое сильное впечатление из Львова – моя первая учительница-полячка, она приходила учить меня музыке. Это была женщина совсем другой породы: шуршащее платье черного шелка, какие-то безумно элегантные прически…»
Правда, деревенская девушка Тоня, ставшая женой маршала, тоже умела быть элегантной. Недавно Фонд памяти полководцев Победы, который возглавляет Наталия Конева, устраивал в рамках проекта «Винтаж. История моды» выставку «Жены великих полководцев». Потомки знаменитых военачальников принесли сохранившиеся платья, шляпки, украшения и всевозможные женские безделушки своих бабушек и мам.
«После войны им так хотелось быть женщинами, – говорит Наталия Конева. – В нас этого уже гораздо меньше. А мама очень трепетно относилась к одежде. Иногда даже шейные платки расписывались вручную, чтобы идеально подходили к тону платья».
Фонд памяти полководцев Победы был создан в 2002 году. Его задача – придать истории личное измерение. По мнению Наталии Коневой, молодежь сейчас удручающе мало интересуется событиями недавнего прошлого. Отчасти так происходит из-за того, что в школах преподают сухую, обезличенную историю: даты, декреты, вереницы ничего не говорящих фамилий. Фонд же пытается показать великих полководцев живыми людьми. В каждой семье хранятся уникальные документы, фотографии, личные вещи. Так, например, у Наталии Ивановны лежит, ожидая своего часа, дневник отца за 1924 год. Иван Конев был тогда комиссаром бронепоезда на Дальнем Востоке, сражался с атаманом Семеновым и бароном Унгерном, а в передышках между боями читал Шиллера и разъяснял красноармейцам правила личной гигиены. Не менее интересный документ – записная книжка маршала Конева, в которой тот делал пометки, слушая доклад Хрущева на ХХ съезде. Сейчас Наталия Конева готовит к публикации книгу бесед об истории, которые ее отец вел со своим другом писателем Константином Симоновым.
«Папа был безумно целеустремленным, как натянутая тетива, стрела из которой должна обязательно достичь цели. И мне это тоже передалось. Если что-то не получается, я испытываю настоящую фрустрацию. Это все отцова школа. Он всегда мне внушал, как важно состояться, трудиться, добиваться. Друзья мне говорят: ты ужасно серьезна! Да, – отвечаю им с улыбкой, – это ужасный недостаток!»
Наталия Конева преподает зарубежную литературу в Московском военном университете, куда пришла сразу после аспирантуры. У нее красавица-дочь Даша и две внучки, Таисия и Анисья. А всех мужчин в семье зовут одинаково.
«Мой муж – Николай Николаевич, – перечисляет Наталия Ивановна, – его отец – известный московский врач Николай Николаевич Бажанов. Муж дочери – художник и архитектор Николай Николаевич Миловидов. И его отца, тоже архитектора, звали Николаем Николаевичем. По праздникам за столом собиралось четыре Николая Николаевича. В шутку решили, чтобы не путаться, различать их по свисткам: Николай Николаевич – один свисток, Николай Николаевич – два свистка и так далее».
Кстати, тот Николай Николаевич, который врач, во время боев за Москву служил в санитарном поезде, собиравшем раненых. От неимоверного напряжения однажды заснул на дежурстве. И как раз в этот момент в госпиталь, где он дежурил, зачем-то наведался командующий Западным фронтом Иван Конев. Долго стучал, пока добудился молоденького санитара. По законам военного времени за такое вполне могли и расстрелять, но командующий фронтом не дал хода делу. И вот после войны у санитара родился сын, а у маршала – дочка, которые много лет спустя стали мужем и женой.
domovoy.ru

Leave a Reply

*

НА ЗАМЕТКУ

  • “Снижайте потребление сахара, старайтесь меньше использовать его при приготовлении пищи, используйте заменители сахара и диабетические сладости.”
  • “Грязное белье храните в сухом, проветриваемом месте. Не стоит надолго откладывать стирку - кожные жиры и остатки косметики при длительном хранении разрушительно воздействуют на ткань.”
  • “Чтобы печенье в духовке не пригорело, под формы надо сыпать немного соли.”
  • “Еда всегда должна быть свежей, только что приготовленной. Разогретая пища не приветствуется организмом, только человек это замечает, уже заработав себе \"болячку\".”
  • “Ведите более подвижный образ жизни, выполняйте какие-нибудь физические упражнения по крайней мере 30 минут в день (можно разбить на 3 десятиминутных занятия в течение дня).”
  • “Регулярно ешьте блюда, приготовленные из продуктов, содержащих крахмал, - картофеля, круп, злаков, риса, а также макаронные изделия и хлеб. Хорошо, если последние изготовлены из муки грубого помола.”
  • “Если на глазу выскочил ячмень, смешайте измельченный капустный лист с сырым белком одного куриного яйца, заверните полученную массу в чистую марлю и приложите к образованию. После нескольких таких компрессов ячмень рассосется. Можно при ячмене горсть сухого инжира заварить стаканом кипящего молока, дать немного остыть, затем растереть инжир в молоке и принимать эту смесь по 0,5 стакана 2-3 раза в день за 30-40 минут до еды. Помогают избавиться от ячменя и теплые компрессы на больной глаз с крепкой заваркой черного чая.”
  • “Регулярно ешьте морепродукты. Жирную рыбу (сельдь, скумбрию, сардины, тунца, консервированную рыбу) обязательно есть хотя бы раз в неделю.”
  • “Занимайтесь сексом: за час активного секса сжигается около 250 калорий.”
  • “Горчица, разведенная на молоке вместо воды, значительно лучше сохраняется, не сохнет.”
  • “Стиральные порошки для тонких тканей следует использовать для всех цветных вещей.”
  • “Изделия из синтетических волокон и их смесей стирайте отдельно от хлопчатобумажных и льняных.”
Log in |